28.02.2015 08:31

Ошибка «нефтяного сводника»

Криминальный делец Левон Айрапетян, арестованный по делу «Башнефти», всё ещё надеется избежать уголовной ответственности

11 февраля Басманный суд г. Москвы продлил на два месяца срок домашнего ареста фигуранту дела «Башнефти» Левону Айрапетяну, отклонив жалобу защиты, которая просила освободить бизнесмена «по причине ухудшения здоровья».
Напомним, 15 июля 2014 г. Левон Айрапетян, постоянно проживающий в Монако, был задержан сотрудниками ФСБ в аэропорту Домодедово, а затем арестован и помещен в СИЗО «Матросская тишина».
25 июля Следственный комитет РФ предъявил ему обвинения по ст. 160 УК («Растрата») и ч. 1 ст. 174 («Легализация преступных доходов») – за пособничество сыну экс-президента Башкирии Уралу Рахимову при продаже ОАО «Башнефть» АФК «Система» по заниженной стоимости.
Позднее, в октябре-2014, подозреваемый был переведен под домашний арест. Не исключено, что в этом ему помогли высокопоставленные «друзья», среди которых в прессе, чаще всего, называют главу МИД РФ Сергея Лаврова и президента Армении Сержа Саргсяна (последний, по слухам, лично просил Владимира Путина смягчить Айрапетяну меру пресечения).
Параллельно в СМИ развернулась пиар-кампания по «коррекции» имиджа Левона Гургеновича – чего стоят хотя бы съемки пафосного фильма, в котором бизнесмен, попавшийся на чистой уголовщине, предстает «уважаемым общественником» и «меценатом», призванным «платить генетическую дань армянскому народу». Но кто такой вообще этот человек, чье имя до громкого ареста было практически неизвестно широкой публике?  

Что примечательно, «сдал» своего подельника бывший сенатор от Башкирии Игорь Изместьев, отбывающий пожизненное заключение. Именно г-н Айрапетян в свое время познакомил Изместьева с Уралом Рахимовым, получив свою долю при «распиле» барышей от нефтяного промысла.
По словам источника, близкого к правоохранительным органам, под присвоением чужих средств понимается агентское вознаграждение, которое Айрапетян получил как посредник при сделке с башкирскими нефтяными активами – в сумме $50 млн.
По версии следствия, Айрапетян лично участвовал в переговорах Рахимова-младшего с владельцем АФК «Система» Владимиром Евтушенковым. Помимо прочего, предприниматель помогал переводить деньги, полученные от реализации акций, через подконтрольные ему счета – на сумму свыше $5 млрд. Таким образом, Рахимов является основным подозреваемым по уголовному делу, а Айрапетян считается его главным соучастником.
Кроме того, в офисе бизнесмена в «Президент-отеле» (ему принадлежит целый этаж этого здания) был проведен обыск, в ходе которого следователи изъяли две упаковки патронов к пистолету «ПМ». Вдобавок, как выяснилось, г-н Айрапетян не побрезговал вымогательством $700 тыс. у матери Изместьева – за лоббирование в правоохранительных структурах освобождения экс-сенатора из тюрьмы. То есть, Левон Гургенович попросту смошенничал, воспользовавшись отчаянным положением несчастной старушки. 
В общих чертах, биография Левона Айрапетяна довольно скупа. Он родился в 1949 г., окончил философский факультет МГУ, работал корреспондентом в журнале «Огонек», еженедельнике «Собеседник» и газете «Комсомольская правда». Вот что пишет про молодые годы Айрапетяна журналистка Ольга Белан:
«В начале 80-х я по служебному заданию поехала в город Уренгой. И первый человек, с которым меня познакомили, был Левон Айрапетян: он возглавлял ударный отряд строителей и был активным комсомольским деятелем.
Гостиниц в Уренгое еще не было, и Левон подселил меня в общежитие к девчонкам. С одной из них – Светланой – я подружилась. Она была комиссаром отряда, и было заметно, что между командиром и комиссаром не только служебные отношения...
Левон меня удивил тем, что сумел наладить отношения со всеми торговыми точками, тогда они назывались «кооп». Когда он заходил в любой такой «кооп», продавцы учтиво вставали. А Светка мне потом сказала, что его коммерческая деятельность оттуда, из Уренгоя, и началась. Она, кстати, через полгода вернулась в Москву и родила дочку. Замуж она за Левона не вышла.
Когда мы встретились в «Собеседнике», он меня не узнал. То есть, узнал, конечно, но с его тогдашней высоты было негоже общаться запросто с каким-то там корреспондентишкой. Он мне милостиво кивнул издалека – и наше общение закончилось.
Айрапетян был спонсором «Собеседника». Когда он убрал свое имя из руководства изданием (он числился то ли гендиректором, то ли президентом холдинга), он все равно продолжал финансировать газету. Зачем это ему было нужно – другой вопрос. То ли деньги отмывал, то ли газета служила прикрытием его криминальной деятельности…» (конец цитаты).
Неудивительно, что на почве профессиональных интересов Левон Гургенович познакомился со многими влиятельными политиками – в том числе, с премьер-министром Виктором Черномырдиным и президентом Башкирии Муртазой Рахимовым, с которыми у него «сложились дружеские отношения».
Как рассказывают в окружении Айрапетяна, «по сути, он не бизнесмен, а оборотистый делец, способный организовать что угодно, порой не гнушаясь грязными методами».
Так, он «помогал» (пользуясь покровительством некогда всесильного Валентина Юмашева) создавать первого в России дилера GM, был миноритарием «Юниаструм банка»; вместе с Леонидом Тягачевым – когда тот возглавлял Олимпийский комитет России – учредил фонд социальных услуг населению (можно только представить, сколько при этом было «освоено» средств, выделенных на «социалку»), а на паях с бывшим сотрудником управделами президента Робертом Голосным – бильярдный VIP-клуб в «Президент-отеле».
Попутно Айрапетян занимался бизнесом, связанным с поставками нефти (в 2000-х ему принадлежали три крупные нефтеторговые фирмы в Уфе). В итоге, он сколотил солидный капитал (нелегальность которого не вызывает никаких сомнений), и из года в год попадает в десятку самых богатых представителей армянской диаспоры в мире, стабильно занимая 10-е место.
«Наша цель – стимулирование демографического развития в Карабахе. Население НКР должно составлять не менее 300 тыс., – с апломбом заявил Айрапетян. – Каждый из спонсоров станет крестным нескольких семей. На имя первого ребенка в семье будет перечислено $2 тыс., второго – $3 тыс., третьего – $5 тыс., четвертого – $10 тыс., шестого – $50 тыс., и на седьмого – $100 тыс.».
Все это великолепие должно было выделяться в виде беспрецедентной по масштабам «генетической дани», – за счет огромных денег, «заработанных» в России посредством сомнительных схем. Однако в реальности, как рассказывают очевидцы, все ограничивалось сущими грошами (это к вопросу о «благотворителе» Айрапетяне).
Впрочем, делая себе пиар на «помощи» соплеменникам, Левон Гургенович не забывал и о своих частных интересах. К примеру, оказавшись за решеткой, он бесцеремонно спекулировал на теме геноцида армян, дабы выставить себя деятелем, преследуемым по политическим мотивам.
Причем, даже находясь под домашним арестом, г-н Айрапетян умудряется регулярно посещать два армянских храма в Москве. Но – вовсе не потому, что под старость лет в нем вдруг проснулась богобоязненность. А потому, что глава Российской епархии Апостольской армянской церкви архиепископ Езрас (Нерсисян) устраивает там для него приватные встречи со свидетелями по уголовному делу. С которыми, надо полагать, Левон Гургенович пытается «договориться» всеми доступными ему способами. 
Кстати, г-н Айрапетян в процессе кавказского застолья любит прихвастнуть, что сам он «стоит 4000 воров в законе», которые якобы его боятся и подчиняются по первому требованию. Разумеется, это изрядное преувеличение. Тем не менее, не секрет, что в «ближний круг» Айрапетяна входит криминальный авторитет Аркадий Тер-Тадевосян по кличке Коммандос. Ибо ворочать столь внушительными «левыми» доходами, какими располагает «бескорыстный благотворитель», возможно лишь, обладая устойчивыми связями с преступным миром.
Вот что, допустим, написал летом минувшего года журналист Олег Кашин:
«Арестовали Айрапетяна. Везде пишут, что он журналист и работал, в частности, в «Огоньке».
В двух-трех номерах «Огонька» за 1990 г., то есть очень недолго, он был обозначен как член редколлегии. Но я о нем слышал от общих знакомых, и впечатление о нем было самое четкое – вот человек постоянно живет в «Президент-отеле»; а кто у нас обычно живет в гостинице, не имея права на собственное жилье?
Два года назад, когда я брал интервью у Виталия Коротича (экс-редактора «Огонька»; прим. «Инсайдера»), я заодно спросил его об Айрапетяне. Вот фрагмент разговора с Коротичем:
– Кто такой Левон Гургенович Айрапетян?
– А это я хитрый. Я взял хитрого армянина Айрапетяна, очень интересный парень.
– Откуда взялся?
– С улицы. Он ко мне приходил, разговаривал, мне показалось, что он что-то соображает, и я взял его для одного дела.
– Он бандит?
– Похоже на то. Он мне помог в одном деле, потому что моя жена, наивная девушка, внесла деньги в какой-то кооператив по постройке дачи, а деньги и кооператив моментально заныкались неизвестно куда. Короче, я пожаловался Айрапетяну – через два дня принесли нам эти деньги…» (конец цитаты).
«Для нас коррупция – непозволительная роскошь, и только противодействуя ей, власти начнут жить проблемами народа»,– явно набивая себе цену, витийствовал однажды Левон Айрапетян.
Кажется, перед нами – как раз тот случай, когда слова произнесшего их спикера нисколько не расходятся с делами. По принципу: обвиняешь в коррупции других, а подразумеваешь сам себя. И потому, сладкие мечты «нефтяного сводника» ускользнуть от безжалостной российской фемиды в наши дни представляются поистине смехотворными. Невзирая на все его «организаторские», криминальные и прочие «таланты».

Никита КАМЕНЦЕВ

Прочитано 5369 раз

Карта сайта

Сейчас 263 гостей онлайн