21.08.2017 13:13

Нацпроекты – детонатор побеждающего развития

Александр Чухлебов: «Для перехода России к трансиндустриальной платформе потребуются законодательные и управленческие меры»

Александр ЧухлебовЧереда глобальных кризисов – не просто результат ошибок и просчетов: это понуждение к коренной перестройке технологического уклада, социального устройства и менталитета. Россия в состоянии не только освоить, но и возглавить этот процесс. Катализаторами быстрого и успешного перехода страны на новый уровень смогут стать прорывные национальные проекты.

Человечество попало в нескончаемый водоворот кризисов – экономических, финансовых, политических и социальных. Прежние гуру экономики и зубры политологии лихорадочно ищут рецепты выздоровления. К сожалению, все тщетно, как в русской поговорке про кулика на болоте: ногу вытащил – нос увяз, нос вытащил – хвост увяз, и так по кругу.

Проверенные десятилетиями глобализма и постиндустриальной экономики стандартные лекарства – вроде выноса производства в развивающиеся страны, снижения ставок и т. п. – в лучшем случае не работают. Но чаще они дают противоположный эффект, ухудшая и без того неблестящее положение.

Провозглашенные глобализмом ценности – толерантность, мультикультурализм, неограниченная свобода личности и псевдодемократия – обанкротились. На фоне растущего социального расслоения, они порождают квазирелигиозные экстремистские течения и группировки. Обостряются экологические проблемы. Дефицит ресурсов, пригодных для развития промышленности и сельского хозяйства, становится явью.

Эксперты спорят о наличии глобального потепления или, напротив – глобального похолодания, однако пугающие изменения климата налицо. Отрицать роль человечества в появлении этих угроз бессмысленно, а вот внятного ответа на вопрос – что делать? – так и нет. Несмотря на множество «зеленых» стартапов, о которых мы много слышим, коренного улучшения не принес ни один из них.

Перечислять неурядицы, терзающие мир, можно очень долго. Причем, они обрушились на человечество одновременно. Синергетический эффект от их воздействия выглядит столь угрожающе, что ряд футурологов прочит наступление новых «темных веков». По их мнению, человечество может оказаться в многополярной депрессии на ближайшие 180 лет.

Анализируя восходящие тренды, такие, как развитие информационных и коммуникативных технологий, совершенствование искусственного интеллекта, роботизация производства, разработка новых материалов, 3D-печать и другие, эксперты приходят к выводу, что нынешние кризисы свидетельствуют о назревшем переходе к новому технологическому укладу.

Такой переход будет сопровождаться и сменой типа мышления: от цивилизации книги мы переходим к цивилизации медиа, поскольку успешное овладение новыми технологиями требует владения не словами, но образами. И, что немаловажно, – новый технологический уклад требует переосмысления и реконструкции принципов социальной организации.

Лечить симптомы преследующих нас неурядиц, не вдаваясь в их сущность, не просто бессмысленно, но и опасно. Еще Арнольд Тойнби предупреждал, что цивилизация, не сумевшая найти адекватного ответа на глобальный вызов, обречена на гибель.

Проблема в том, что элиты, да и средний класс большинства стран, в первую очередь – т. н. «развитых», так крепко укоренились в прежнем технологическом укладе, потратив на это изрядное количество сил и капитала, что им будет непросто отречься от своих инвестиций и осмысленно войти в новый мир.

А что же Россия? Тойнби утверждал, что глобальность цивилизационного вызова означает его повсеместность. Это значит, что мы находимся в той же лодке, что и остальные. Более того, способность высшего политического руководства дать адекватный ответ на текущий кризис прямо скажется на благополучии каждого гражданина России.

Несмотря на то, что наша страна претендует на ведущие мировые роли, предлагая альтернативный западным странам (и в первую очередь, США) центр силы, объективно мы заметно уступаем геополитическим конкурентам. Прежде всего – потому, что играем на их поле и по их правилам.

Отчасти это связано с нашим технологическим и экономическим отставанием: мы включились в мировой порядок на том этапе, когда основные роли и рынки были распределены. Да, научный, сырьевой, энергетический и транспортный потенциал страны позволяет нам претендовать на большее значение (что и демонстрируют успехи импортозамещения, развернутого в ответ на санкции). Но вот вопрос: стоит ли тратить силы и ресурсы на то, чтобы догнать поезд, мчащийся к пропасти?

Сейчас у России есть шанс первой войти в шестой, трансиндустриальный технологический уклад. Это позволит нам не только занять лидирующие роли на несуществующих еще мировых рынках, но и стать законодателем моды в мире смыслов, т. е. вытеснить Голливуд с занимаемого им пьедестала. Ну, а чего стоит тот, кто диктует смыслы, мы прекрасно видели на примере тех же США.

Для перехода страны к трансиндустриальной платформе потребуются законодательные и управленческие меры. Необходимо создать условия для развития регионов как технологических кластеров, т. е. территорий, на которых реализуется вся технологическая цепочка производства. Это означает законодательное снятие всех – административных, финансовых, фискальных – барьеров, тормозящих развитие.

Понадобится и цифровизация наработанной юридической базы. Должна быть проведена ревизия актуальности: явно устаревшие законы, распоряжения и иные нормативные документы подлежат архивации.

Крайне важно развитие коммуникативных сетей всех уровней: от сети Интернет до транспорта. У нас до сих пор слабо используются водные коммуникации. Необходимо превратить речные и морские порты в интермодальные транспортные узлы – с прицелом обеспечения не только межрегиональной, но и евразийской логистики.

Переход на новую технологическую платформу, модернизация инфраструктуры, перестройка действующих и создание новых производств потребует значительных вложений. Однако действующая финансовая система не в состоянии обеспечить достаточный приток инвестиций, поскольку она жизнеспособна лишь в рамках идеологии старого техноуклада.

Нам придется создавать новые финансовые структуры, способные работать с «долгими» (в рамках 30-50-100 лет) проектами, с виртуальными деньгами. Требуется создать законодательную основу для запуска и оборота «свободных денег» (по типу гезеллевских).

Новый технологический уклад потребует большего, нежели мы имеем теперь, количества образованных людей, а их обучение должно быть качественно иным. Это означает, во-первых, широкое развитие доступного дистантного образования. Во-вторых, это должно быть образование на основе геопланетарного канона, конечной целью которого является воспитание людей, обладающих планетарным мышлением, легко ориентирующихся в инновациях и способных к взаимодействию с искусственным интеллектом.

Очевидно, что обеспечить серьезный технологический прорыв способна только высокоразвитая передовая наука. Здесь у России есть хороший задел, базирующийся на фундаменте советской научной школы. Проблема в том, что сегодня мы не можем охватить все направления исследований. Кроме того, несмотря на меры, принятые в последние годы, доля ученых-исследователей запенсионного возраста все еще недопустимо высока и продолжает расти быстрее, чем доля молодых научных сотрудников.

Поэтому перед нами стоят две главные задачи: определение стратегически важных направлений научных исследований и сосредоточение финансовых и ресурсных резервов. Плюс, освобождение научных сотрудников от «ручной обработки» данных.

В науке так же, как и в администрировании, исключительно важна цифровизация информации. Вся рутинная работа (а она составляет едва ли не 90% изысканий) должна быть возложена на автоматизированные системы, работающие по технологии DeepData. Связка «человек – машина» должна освободить исследователей для творческого поиска, и послужит максимально быстрому и эффективному получению результатов, применимых в коммерческом производстве.

Само по себе ни изменение законодательства, ни принятие стратегических документов и планов не обеспечат перехода к трансиндустриальному укладу. Для этого нужен толчок на федеральном уровне. Детонатором перемен могут и должны выступить национальные проекты, ставящие амбициозные цели, и рассчитанные на длительный (50-100 лет) период.

Мы предлагаем сосредоточиться на четырех взаимосвязанных национальных проектах.

Первый из них – проект «Замкнутый ядерный топливный цикл». Как известно, каждый переход к более высоким технологиям сопровождается ростом энергопотребления. Вместе с тем, резервы легкоизвлекаемых традиционных энергоносителей – газа, угля, нефти – близки к исчерпанию. Уже сегодня эта угроза заставляет США разрабатывать сланцевые месторождения, а наших сырьевиков – присматриваться к труднодоступным залежам, в т. ч. в Арктике.

Чем больше мы узнаем об углеводородах, тем актуальнее высказывание Дмитрия Менделеева о том, что топить нефтью – все равно, что топить ассигнациями. Что при этом происходит с экологией, лучше вообще не вспоминать.

Переход к новой технологической платформе требует увеличения недорогой и мобильной выработки энергии. Многообещающие «зеленые» технологии пока так и остаются на бумаге, а единственным способом ликвидировать дефицит энергии в некоторых регионах (вроде Мурманской области) являются технологии замкнутого ядерного цикла.

Мощный поток недорогой энергии позволит нам приступить к подлинному освоению Русского Севера. Мы давно знаем, что Сибирь – кладовая полезных ископаемых, извлекать которые мы научились. Но для того, чтобы осуществлять их глубокую переработку, нам никогда не хватало ни сил, ни людских ресурсов, ни энергии.

Если мы сможем оптимизировать энергетический поток, и на этой базе создать комфортные условия для жизни и работы людей, Русский Север станет одним из локомотивов российской экономики, одним из ведущих регионов-кластеров, где будет организовано сразу несколько технологических цепочек, основанных на извлечении природных ресурсов, их глубокой переработке и реализации.

При таком раскладе, Северный морской путь станет не просто транзитом из Китая в Европу, но и обеспечит логистическую связь Дальнего Востока с европейской частью страны, а в широком смысле – станет транспортной артерией Евразийского Союза от Лиссабона до Владивостока.

Третий национальный проект, «Квантовая голография» – это развитие основополагающих технологий. Он характеризуется роботизацией и автоматизацией производства под управлением искусственного интеллекта.

Существующие модели ИИ базируются на громоздкой аппаратной базе, обеспечивающей быстродействие при обработке больших массивов данных. Но те же характеристики способны – пока в теории – обеспечить квантовые компьютеры. А значит, Россия должна быть на переднем крае их разработки и производства. Иначе ни о каком переходе к новому технологическому укладу не может быть и речи.

И, наконец, четвертый национальный проект – «Новые конструкционные материалы». Невзирая на то, что обеспечение энергонасыщенности регионов видится нам одним из приоритетов, энергосбережение представляется не менее важным – тем более, что углеводородное топливо еще долго будет превалировать над другими видами энергии.

Это означает повышение эффективности его использования, т. е., максимальное облегчение транспортных конструкций при одновременном повышении их прочности. Новых материалов требует и создание более емких и долгоживущих аккумуляторов, а также современное строительство (в том числе, в районах с экстремальными климатическими условиями). Развитие проекта ориентировано на создание и освоение Россией новых, еще не существующих рынков, что должно закрепить экономическое лидерство нашей страны в долгосрочной перспективе.

Все предлагаемые нами проекты рассчитаны не только на обеспечение перехода страны к новому технологическому укладу и закрепление за Россией лидирующей роли. Они нацелены на обеспечение суверенитета и развития России, высокого качества жизни ее граждан, их гарантированного саморазвития и благополучия.

Мы уверены, что разработанная нами стратегия позволит России первой из стран-лидеров преодолеть комплексный кризис, сгладить социальное расслоение, позволит каждому найти возможность самореализации, повысить самоуважение и самооценку.

Это выбьет почву из-под экстремистских течений, создаст условия для внутриобщественного диалога. А развитие электронной демократии, неизбежное в рамках нового технологического уклада, пронизанного информационными технологиями, повысит качество управления регионами и страной.

Мы заявляем о возвращении России на авансцену Будущего и в пространство глубоких смыслов. Ради этого нам стоит отказаться от следования западным концепциям глобализации и менеджмента. Наш народ способен выстроить собственные интегративные пространства – инфраструктурное и промышленное. Россия должна стать страной побеждающего развития, вокруг которой кристаллизуется новый мир.

Александр ЧУХЛЕБОВ,

лидер общественного движения «Возрождение»

Прочитано 4174 раз

Карта сайта

Сейчас один гость онлайн