04.06.2016 23:42

Интуиция Кирсана Илюмжинова

Президент ФИДЕ: «Некоторые шахматисты по ошибке думают, что они великие и за пределами шахматной доски»

Шахматисты и буддисты похожи. Шахматная партия – та же медитация. Ты сидишь и думаешь. Пока руками не двигаешь, в голове представляешь комбинации, уходишь в себя. Внутри идет постоянная игра ума.
Все шахматисты – эгоцентрики, сконцентрированные на себе. Мир крутится вокруг них. Некоторые, конечно, перебарщивают и начинают думать, что они великие не только за шахматной доской, но и за ее пределами. Когда ты постоянно работаешь головой, это накладывает отпечаток.
Очкарик – значит, шахматист, умный. Так же говорят? Не футболист. Ничего против футболистов не имею, сам был президентом футбольного клуба. Но, если шахматист, – значит, уважения больше. Ведь они всегда стараются предугадать на три, пять, на десять ходов, думают не только за себя, но и рассчитывают действия другого.
Это можно сравнить с экстрасенсорными способностями. В каждом человеке заложены большие возможности. У нас 64 кодона ДНК, но мы не используем и десятой их части. А все потому, что еще морально не созрели – находимся в зародышевом нравственном состоянии.
Если бы люди повально начали мысли на расстоянии передавать, чужие читать, то, мне кажется, все переубивали бы друг друга. Сейчас и так в мире около 200 вооруженных конфликтов. Господь Бог создал человека, чтобы любить, созидать, а мы убиваем.

Экстрасенсорика меня всегда увлекала. Я и в детстве не столько со сверстниками играл, сколько мне нравилось с бабушкой и дедушкой сидеть, слушать их. Будучи студентом МГИМО, принял участие в первом съезде экстрасенсов и колдунов, в 1988 году на Памире. Мне интересно было. Мы проводили опыты с проволочками, рамками, смотрели ауру – положительный, отрицательный человек.
Сейчас нет, наверное, более-менее известного астролога в Москве, который не был бы моим приятелем, другом или подругой. И каждый считает своей обязанностью по дружбе нарисовать мне гороскоп. На год рисуют, на месяц, на час. Они, бывает, звонят в шесть утра, я еще проснуться не успел: «Кирсан, слушай, сегодня с 9 до 11 отмени все встречи, с 10 до 12 ни с кем не общайся…».
Слушаешь – темная полоса, светлая полоса, с ума сойдешь. Иногда не совпадает, но в основном правильно говорят. Потому что под звездами ходим, и все зависит от того, когда и во сколько минут родился.
Я, конечно, прислушиваюсь к прогнозам, но по принципу «Васька слушает, да ест». Ты принимаешь одну информацию, вторую информацию, третью информацию. Сам что-то понимаешь.
Много решений принимаю, основываясь на интуиции. За неделю до того, как случился дефолт 1998 года, я был на встрече в Крыму. Просыпаюсь утром, чувствую – что-то не то, как будто денежный дом рушится. Неспроста. Надо подумать.
И вот интуиция сработала: звоню из командировки, говорю, срочно выплатить все до рубля – зарплаты, отпускные, детские пособия, всю денежную массу, которая есть. И за день мы раздали. Народ поменял рубли на доллары, кто-то поехал за границу, а через неделю Ельцин объявляет дефолт, все правительство в отставку. Доллар стоил 6 рублей, стал стоить чуть ли не 40 рублей.
Потом мои друзья-коллеги, президенты республик, губернаторы звонили: Кирсан, а что ты знал? Почему нас не предупредил? Мы бы тоже народу раздали… Калмыцкий народ, получается, в 6 раз выиграл. Из-за чего? Из-за интуиции.
Или другая история была. Проснулся, и почему-то танки увидел в русских городах. Это было в конце марта 1994 года. Я выступил в прямом эфире с обращением, что отказываюсь от титула президента. Президент в России должен быть один, остальные должны называться главами. Что играть в бумажные суверенитеты? У нас один президент, одна валюта, одна граница, одна таможня.
Я отменил конституцию Калмыкии, закон о суверенитете, о гражданстве и упразднил пост президента. Коль мы в России, армия в России, граница у России – зачем игры в независимость? Они могут привести к кровавым столкновениям, танки могут войти в свои же города, и граждане будут погибать с двух сторон.
Я тогда сказал, как есть: да, говорю, виденье пришло. Потому что самая большая хитрость – это честность. А через полгода, 7 сен­тября 1994 года, танковая дивизия зашла в Грозный, и сотни солдат, граждан России, как с той стороны, так и с этой погибли в российском городе.
Недавно, кстати, драконы мне приснились – красивые-красивые, с разноцветными хвостами. К чему – не знаю, надо посмотреть…
Я часто вижу ауру человека. Это с детства, от бабушки, наверное. Но, в силу общественной деятельности, хочешь – не хочешь, все равно должен встречаться с людьми, и не важно, какая у них аура. Представьте, если бы я сказал: «Нет, не хочу». Это баба Ванга могла сказать «не хочу», но я не баба Ванга.
В свое время я к ней пол-Москвы перевозил. И иногда она не принимала, говорила: пусть уезжают. Когда плохое настроение было, ругалась на меня: «Зачем привез?». Поэтому обычно я заходил один, подготавливал, настраивал, а потом заводил гостей.
А иногда она звонила по телефону, говорила: «Ты хочешь с кем-то приехать, не надо. Пусть деньги, время не тратит, а сделает то-то». На расстоянии чувствовала. Или наоборот: «Кирсан, давай, приезжай!». У племянницы спрашиваю: что случилось? «Да нет, ничего, тетушка соскучилась». Приезжаю: чего вызывала? «Посиди, хватит тебе работать, отдохни хоть чуть-чуть». Мы с ней часами беседовали. Она действительно любила меня, хорошо относилась, как к сыну.
Однажды мой товарищ попросил свозить его к бабе Ванге, хотел вопрос какой-то задать. Мы приехали, и он с Иваном, ее племянником, остался покурить во дворе. А я домой зашел. Она на диване, я сел, разговариваем, вдруг баба Ванга говорит: «Что он курит? У него легкие больные! Пусть домой звонит, отец там лежит, не двигается. Крапиву пусть возьмут, компресс сделают».
А я уже и забыл: кто курит? Какая крапива? Чей отец? «Ну, тот, который с тобой приехал. Его отец! Что он стоит, пусть домой быстрее звонит, не надо в больницу». Заходит товарищ: два дня назад дома был, буквально вчера матери звонил, нормально все с отцом, подождите вы, я свое хочу спросить!
Отправили его все-таки связываться с домом. Там говорят: откуда знаешь? «Баба Ванга сказала… В больницу не надо везти, крапиву сделайте, и все». Отец его встал на следующий день. Вот откуда она знала?
А иногда как ляпнет… Я когда-то строил шерстомойку, и никак не мог определиться, с бельгийцами или с французами ее делать. К бабе Ванге пришел – мы часто встречались виски попить. Она говорит: «Что ты мучаешься? С этими, с панталонами, строй». Я говорю: с какими? «Ну, с белыми панталонами!». Какие белые панталоны… А потом понял: это она образно о французах в войне 1812 года.
Многое из того, что она говорила, сбылось. Можно по-разному к ней относиться, но она несла только добро. А сейчас, как телевизор ни включишь, 99% из того, что говорят, – вранье. Мы близко общались с бабой Вангой, и я по пальцам могу перечислить, кто из известных людей был у нее. И большинство тех, кто рассказывает о ней по телевизору, я ни разу не видел там. Чтобы Ванга сказала: «Курск» затонет»? Никогда она не говорила такого!
Просто есть люди, которые нестандартно мыслят. Их называют «чужими». Меня тоже часто не принимали. А я все годы правления Калмыкией пытался сказку превратить в быль, руководствовался лозунгом: «Богатый президент – неподкупная власть».
Я тогда был одним из, наверное, богатейших людей России. Корону бриллиантовую купил у Гарри Каспарова. У меня никогда не было ни PR-кампаний, ни PR-менеджеров – я сам себе пиарщик, сам придумывал разное. Чего мне стесняться?
Во время выборов у меня был черный 11-метровый «линкольн». Прилетаю в Элисту, руководитель избирательного штаба мне говорит: «Кирсан, мы машину спрятали на окраине города, в гараж загнали». «Зачем? Она сломалась, что ли?» – «Нет, она нормальная. Но я тебе говорю, как другу: другие два кандидата ездят на «Волгах». 1993 год, в Калмыкии везде разруха, зарплаты нет, люди бедно живут, и ты будешь ездить на богатой машине?».
Я сказал: «Тогда не поеду. Разворачиваю самолет и улетаю». Машину пригнали, мы нагрузили ее конфетами, шоколадом, лимонадом. Поехали по деревням, там пока выступаю, детишки по десять, по двадцать человек набивались в салон, и водитель катал их вокруг сельского клуба. Но тогда дорог в Калмыкии практически не было, и машина быстро сломалась.
В другую деревню я уже приехал на «Волге». Смотрю, дорогу перегородили, старики стоят, натянули трос и не пускают: «Ты что, не уважаешь нас, что ли? В соседний район приехал на американской машине, а к нам на задрипанной советской «Волге». На фиг ты нам нужен?».
На мои выступления в основном бабушки приходили, им интересно было посмотреть на молодого кандидата. Садились, семечки щелкали. Одна спрашивает: что ты хочешь построить-то? Я отвечаю: хочу коммунизм для вас построить. Себя и родных обес­печил, дом купил, машину хорошую купил, и такой же коммунизм хочу для вас сделать. Чтобы вы и ваши дети на таких машинах ездили.
Я уверен, мы сами себе творцы. Есть основные направления жизни – рождение и смерть. А как ты пройдешь от одной точки до другой, зависит от тебя. У каждого человека есть наработанная карма (я живу сейчас 69-ю жизнь). Эта карма определяет какой-то путь. Но в процессе этого пути мы совершенствуемся, стараемся измениться, выправить его. Недаром сказано: человек – творец своей судьбы.
Я, например, selfmademan – стараюсь сам себя делать и заниматься тем, что нравится. Нравится работать – потому и работаю. Я очень ленивый человек. Мне нравится спать, отдыхать. Но я переделывал себя. С 1989 года, как окончил институт, ни разу не был в отпуске. Потому что чувствую: надо работать. И из лентяя делаю трудоголика.
Если подходить к работе с ответственностью, все будет получаться. Управлять Калмыкией было и сложно, и интересно. Дело было новое для меня. Хотя баба Ванга говорила, что буду командовать своим народом, у меня никогда не было такого опыта. Ну, как руководить министрами, как избирать парламент?
Потом, везде криминальная обстановка, разборки. Как с этим бороться? 1993 год, Ельцин сказал: кушайте суверенитет, сколько съедите. А рядом с нами – Чечня, Дудаев, война между Осетией и Ингушетией, Нагорный Карабах. Это все свалилось на меня, молодого, и нужно было по ходу дела всему учиться, а спросить не у кого, учебников нет.
В 1993 году в Калмыкии не было ни одного храма – ни буддийского, ни православного. Ведь с 1943 по 1956 год, когда калмыков депортировали в Сибирь, все было сожжено, а ламы репрессированы. Буддизма как такового не было. Пришлось заново все делать.
Я договаривался с Далай-ламой, и каждый год привозил десятки учителей из Тибета, Индии, чтобы они читали лекции. Покупал им квартиры и дома, чтобы они оставались. Проводил международные форумы по буддизму. Сотни калмыков ездили в Дармсалу в Индию на учения к Далай-ламе, в Таиланд, Китай, Монголию.
Поэтому можно сказать, что буддизм в Калмыкии и России возрожден. Сегодня есть самый большой в Европе буддийский храм, построенный с благословения Его Святейшества Далай-ламы XIV, есть православные храмы, освященные Патриархом Московским и всея Руси Алексием II, есть мечеть на границе с Дагестаном, есть костел.
Да и в шахматах, когда я пришел в ФИДЕ, тоже все было развалено. Каспаров в Америке свою организацию делал, чемпионаты пытался проводить. Но мы все-таки стали самой крупной международной федерацией. Всего четыре официальных турнира тогда было, сейчас больше 10 тысяч.
Я неуемный человек, стараюсь опережать время. В 1990 году в Москве открыл первый караоке- и первый суши-бар. Но – не пошло, потому что люди еще не знали тогда, что это. Когда приходили друзья, они вилки с собой приносили. «Как палочками есть? Деревянные, еще занозы посадим, ты что, издеваешься?». А сейчас это само собой разумеющаяся вещь. Или в караоке: «Давай ансамбль позовем, вживую попоем, зачем на телевизор смотреть?».
А вообще, я фаталист. Я, наверное, единственный из бизнесменов, кто ходил без охраны. Я не воровал, денег никому не должен: чего я должен прятаться? Под Богом ходим. Кому суждено утонуть, в огне не сгорит. 

Источник

Прочитано 1003 раз

Карта сайта

Сейчас 203 гостей онлайн