26.05.2015 13:31

Абхазию ожидает смена власти

Эксперт: «Абхазы никогда не смогут построить полноценное и самодостаточное государство»

14 мая президент Абхазии Рауль Хаджимба уволил Рауля Лолуа с должности главы республиканского МВД. Причем, отставка Лолуа стала еще более громкой, чем недавняя отставка главы правительства РА Беслана Бутбы. (Эксперту лучше знать, кто есть кто: несколько лет назад он работал в партии ЭРА, которую возглавляет г-н Бутба; здесь и далее в скобках – прим. «Инсайдера»).  
Лолуа был заметным министром, попытался начать реформу ведомства. Его отставка – катаклизм для абхазской политики. Кроме того, она нанесет удар по рейтингу Хаджимбы, поскольку в общественном мнении у Лолуа хорошая репутация (невзирая на то, что министр из него был «никакой»), а деятельность остальных правительственных структур – по крайней мере, в публичном поле – малозаметна.
22 мая в Сухуми прошел съезд оппозиционной партии «Амцахара» («Родовые огни»), объединившей политиков, противостоящих власти. А 27 мая – годовщина «абхазского майдана», когда прежний президент РА Александр Анкваб был вынужден подать в отставку. (Точнее, он позорно бежал на российскую военную базу в Гудауте, а затем – в Москву, где у него имеется бизнес).
С тех пор прошел всего лишь год, новая команда у власти находится и того меньше, но политическая напряженность нарастает с каждым днем. Хотя, по идее, все должно быть ровно наоборот.

Для роста нестабильности есть объективные причины. Во-первых, социальный пессимизм. Власти Абхазии недооценивают проблемы, вытекающие из крайне низкого качества жизни в стране. Отсутствие нормальных инфраструктур. Высокие цены на товары, низкокачественные продукты, минимальные возможности для самореализации.
К этому прибавляется очень большой круг проблем, связанных с взрослением послевоенного поколения, которое выросло без участия государства. У людей нет образования, нет возможностей «социального лифта», не работают институты фамильной и региональной поддержки.
Между тем, все ресурсы в стране уже поделены, и молодежь там никто не ждет. Эта проблема актуализируется сейчас через рост протеста по поводу отсутствия жилья, но в дальнейшем она, безусловно, перерастет в политический протест. Общество пока еще ждет динамичных изменений. Впрочем, ждать особо нечего – масштаб проблем в Абхазии поистине неисчерпаем.
Во-вторых, у государства нет денег. Российская помощь, которую страна получит до конца 2017 г., расписана под рубль. За счет этих средств повышены зарплаты бюджетникам, а пенсионеры будут получать примерно столько же, сколько в Южном федеральном округе РФ. Еще из этих денег будет финансироваться реабилитация социальной и коммунальной инфраструктуры. В отдельной программе прописаны проекты развития абхазского бизнеса. Правда, исключительно – за счет кредитов российских банков.
Российские деньги дадут возможность Абхазии выжить. Но реального развития, без системных изменений внутри страны, ожидать не следует. Необходимо вывести из тени реальный сектор экономики, наполнить казну деньгами. В теневой экономике крутятся миллиарды. Но решить эту задачу будет непросто.
Для того, чтобы произвести изменения в существующей системе, нужно сделать нечто практически невозможное – создать новую систему, вопреки социальной культуре абхазского общества. Это общество – очень маленькая и очень тесная среда. И потому, в Абхазии не может сложиться классическое (то есть, полноценное и самодостаточное) государство – как совокупность институтов, взаимодействующих с обществом, и выступающих регуляторами в тех или иных сферах жизнедеятельности.
Государство здесь – не институты, а вполне конкретные люди, которые представляют собой одну большую группу знакомых, друзей и родственников. Это – одна среда, находящаяся в очень близких связях. Неудивительно, что в ней не возникают алгоритмы взаимоотношений власти и бизнеса, власти и интеллигенции и т. д.
Попытки регуляции, если таковые имеются, воспринимаются как давление. Отсюда – многообразие пересекающихся интересов и конфликтов, протекающих на межличностном уровне. То есть, игроки или группы игроков, оказавшиеся слабее власти, воспринимают «наведение порядка» как давление конкретно на себя, после чего оформляются в группировки, оппонирующие власти.
Если предположить, что власть в Абхазии запустила бы широкомасштабные действия, допустим, по борьбе с коррупцией, то можно сказать, что «полстраны уйдет в оппозицию», так как это найдет отражение на уровне личных отношений, и может стать для любой власти приговором.
Все акторы любых отношений внутри абхазского государства (как и во всех отсталых и архаичных родоплеменных сообществах) пронизаны мириадами личных связей с самыми разными общественными кругами. Поэтому власть, задевая интересы, на первый взгляд, незначительной группы, всегда по факту задевает интересы значительно большего числа людей.
В свою очередь, коллапс государства и власти, являющийся следствием природы социальных отношений в абхазском обществе, производит бесконечные кризисы и неспособность административной системы обеспечить хоть сколько-нибудь заметные изменения к лучшему в жизни страны.
Эта реальность является причиной того, что за последние 10 лет все три приходившие к власти команды последовательно отказывались от реформ. Потому что реформы – это попытка изменить систему. Но система – это, в данном случае, сама природа, и она сильнее тех, кто хотел бы ее изменить.
Есть все основания подозревать, что нынешняя власть, стараясь сохранить себя и не усугубить и без того серьезный кризис, также вынуждена будет пойти по пути наименьшего сопротивления, отказавшись от проведения болезненных реформ. Но сложность в том и состоит, что кризис будет только усиливаться – вследствие неспособности очередной властной команды победить систему и создать предпосылки для развития.
В принципе, после событий прошлой весны, у Рауля Хаджимбы был шанс на волне народной поддержки запустить производство перемен. Но этого, увы, не случилось, и сегодня есть устойчивое ощущение того, что ничего не происходит.
А раз так, то кризисы, большие и малые, будут повторяться в Абхазии регулярно. Их жертвами будут отдельные чиновники, политики, но система останется неизменной. А значит, можно ждать следующего «катаклизма» – одних людей сменят на других, и вновь ничего не изменится.

Антон КРИВЕНЮК
Источник

Прочитано 2867 раз

Карта сайта

Сейчас 379 гостей онлайн